Спокойный вечер с виски и клубами обернулся хаосом и стыдом расскажу всё

Вчерашний день выдался спокойным.
Не просто спокойным, а я бы сказал даже приторным, тягучим как патока.
Все мечты были направленны на ожидание окончания.
Ещё бы.......
Меня ждал Вильям Басс, стаканчик виски (грам сорок, не больше, ведь завтра сложный день), два приятеля с подругами и ещё одна барышня, с которой меня давно хотели познакомить, но в силу своей природной скромности я всё оттягивал этот момент.
Нда, так вот.
Приехав в Вильям Басс я вольяжно поднялся на второй этаж, и бросив на ходу комплимент офицантке буквально остолбенел.
За столиком, в компании моих друзей и их дамочек сидело небесное создание. Грива светлых волос обрамляла её голову как нимб у Богини, и волной кучеряшек спадали на её плечи. Глаза, эти два огромных голубых озера смотрели на меня с восторженным ожиданием ребёнка, когда папа покупает ей мороженное. Из под коротенького платьица кокетливо выглядывали тонкие острые коленки, мне очень нравятся такие, чувственные губы типа Анджелины Джоли были слегка приоткрыты.
- Мммммммтред, промычал Я
- Очень приятно, я такая-то, прожурчал горный ручеёк её голоса.
Во рту у меня пересохло.
Отобрав у приятеля стакан, я одним глотком опрокинул в себя сразу грамм сто вискаря и извенившись за неожиданный приступ диареи рванул в сартир.
И вот тут всё началось.
Дрожащей рукой я набрал на своем блядофоне несколько цифр и срочным порядком вызвал на ужин некую обезьяну.
Обезьяна примчалась сразу, при этом она плохо пахла и свинячила водку с лихой выправкой просоленного боцмана пиратской шхуны, не забывая при этом грызть бараньи кости и вытирать сальные руки о скатерть.
К этому моменту во мне плескалось уже литра полтора незапланированного напитка.
Богиня стала делать мне какие-то знаки, означающие только одно - гнать обезьяну в шею, и срочно выдвигаться к Богине домой для более тесного и плодатвоного знакомства.
И что сделал Я?
Правильно!!!!!
Проорав, что "Я не такойбля", потащил Богиню и обезьяну в караоки, на Брюсов. Там Богиня попробывала сделать ещё парочку намёков, но меня уже несло, микрофон было отнять невозможно.
Дальше - больше.
Ещё один клуб, затем ещё один. Обезьяна волочилась за нами с упорством беременной ослицы, нежелающей переходить горный ручей.
Где-то часа в два ночи всё это благополучно завершилось.
Ослица была отправлена восвояси, я отвез Богиню к ней домой. А сам с тихой грустью, крупной рысью ломанулся к себе.
Утро выдалось хмурым.
Жутко хочется пива.
Ещё сильнее хочется Богиню, но звонить ей ужасно стыдно.
Вот я и думаю, что со мной не так?